Эдуа́рд Гео́ргиевич Багри́цкий (настоящая фамилия — Дзю́банЗапись о рождении 22 октября 1895 года в канцелярии одесского городового раввина; , Одесса — 16 февраля 1934, Москва) — русский советский поэт «Серебряного века», переводчик и драматург, художник-график.
Биография
Родился 22 октября (3 ноября) 1895 годаЗапись о рождении 22 октября 1895 года в канцелярии одесского городового раввина: родители — одесский мещанин Годель Мошкович Дзюбан, жена Ита. в Одессе в еврейской семье, проживавшей в бельэтаже дворового флигеля дома № 40 на Ремесленной улице (угол Базарной, в этой квартире семья поэта жила до 1922 года). Родители заключили брак в Одессе 15 сентября 1891 годаЗапись о бракосочетании родителей в канцелярии одесского городского раввина 15 сентября 1891 года: причисляющийся в одесские мещане Годель Мошков Дзюбан, 33 лет, холост, с одесскою мещанкою, девицею Итою Абрамовною Шапиро, 20 лет.. Отец — Годель Мошкович (Моисеевич) Дзюбан (1858 — 13 апреля 1919)Запись о смерти Годеля Мошковича Дзюбана 13 апреля 1919 года в канцелярии одесского городового раввинаВ метрике и справочных книгах «Вся Одесса» за 1912, 1913 и 1914 годы, а также в записи о смерти в 1919 году отец указан как Годель Мошкович Дзюбан. Вариант Дзюбин впервые встречается только в публикациях самого поэта в 1914 году. Подробнее см. в книге: Спивак М. Л. Мозг отправьте по адресу… — : Астрель, 2009. — (Corpus historia). — ISBN 978-5-271-24551-0., одесский мещанинЗапись о смерти старшего брата Иосифа Годелева Дзюбана 25 мая 1893 года: сын одесского мещанина, 9 месяцев, менингит., служил приказчиком в магазине готового платья, а позже — долгое время в мануфактурной и галантерейной фирме В. Т. Пташникова. Мать — Ита Абрамовна (Осиповна) Дзюбан (урождённая Шапиро, 1871—1939), была домохозяйкойПисьма Э. Г. Багрицкого.
В 1905—1910 годах учился в Одесском училище Святого Павла, в 1910—1912 годах — в Одесском реальном училище Жуковского на Херсонской улице (участвовал в качестве оформителя в издании рукописного журнала «Дни нашей жизни»), в 1913—1916 годах — в землемерном (геодезическом) отделе Политехнических курсов инженера М. П. Линденера на улице Полтавской Победы.
В 1914 году работал редактором в одесском отделении Петроградского телеграфного агентства (ПТА). Служил в качестве делопроизводителя 25-го врачебно-писательного отряда Всероссийского союза помощи больным и раненым, в 1915 году участвовал в персидской экспедиции генерала Баратова.
Первые стихи и критический этюд «О Брюсове» были напечатаны в 1913 и 1914 годах в альманахе «Аккорды» (№ 1—2, под псевдонимами «Дези», «Desi», «Э. Д.», «Эдуард Д.» и «Эдуард Дзюбин»). В 1914 году опубликовал стихотворение под псевдонимом «Иван Горцев»В 1922 году вновь использовал псевдонимы «Дези» и «Рабкор И. Горцев» (последний в публикациях одесской газеты «Известия»).. С 1915 года под псевдонимами «Эдуард Багрицкий»Первое использование псевдонима «Эдуард Багрицкий» датируется 12 июня 1914 года (по старому стилю). и женской маской «Нина Воскресенская» начал публиковать в одесских литературных альманахах «Авто в облаках» (1915), «Серебряные трубы» (1915), в коллективном сборнике «Чудо в пустыне» (1917), в газете «Южная мысль» неоромантические стихи, отмеченные подражанием Н. Гумилёву, Р. Л. Стивенсону, В. Маяковскому. Вскоре стал одной из самых заметных фигур в группе молодых одесских литераторов, впоследствии ставших крупными советскими писателями (Юрий Олеша, Илья Ильф, Валентин Катаев, Лев Славин, Семён Кирсанов, Вера Инбер). Багрицкий любил декламировать собственные стихи перед молодёжной публикой:
Его руки с напряжёнными бицепсами были полусогнуты, как у борца, косой пробор растрепался, и волосы упали на низкий лоб, бодлеровские глаза мрачно смотрели из-под бровей, зловеще перекошенный рот при слове «смеясь» обнаруживал отсутствие переднего зуба. Он выглядел силачом, атлетом. Даже небольшой шрам на его мускулисто напряжённой щеке — след детского пореза осколком оконного стекла — воспринимался как зарубцевавшаяся рана от удара пиратской шпаги. Впоследствии я узнал, что с детства он страдает бронхиальной астмой и вся его как бы гладиаторская внешность — не что иное как не без труда давшаяся поза.
В апреле 1919 года, во время Гражданской войны, добровольцем вступил в Красную Армию, служил в Особом партизанском отряде ВЦИКа, после его переформирования — в должности инструктора политотдела в Отдельной стрелковой бригаде, писал агитационные стихи. В июне 1919 года вернулся в Одессу, где вместе с Валентином Катаевым и Юрием Олешей работал в Бюро украинской печати (БУП). С мая 1920 года как поэт и художник работал в ЮгРОСТА (Южное бюро Украинского отделения Российского телеграфного агентства), вместе с Ю. Олешей, В. Нарбутом, С. Бондариным, В. Катаевым; был автором многих плакатов, листовок и подписей к ним (всего сохранилось около 420 графических работ поэта с 1911 по 1934 годы). Публиковался в одесских газетах и юмористических журналах под псевдонимами «Некто Вася», «Нина Воскресенская», «Рабкор Горцев».
В августе 1923 года по инициативе своего друга Я. М. Бельского приехал в город Николаев, работал секретарём редакции газеты «Красный Николаев» (ныне ), печатал в этой газете стихи. Выступал на поэтических вечерах, организованных редакцией. В октябре того же года вернулся в ОдессуБельский Я. М. Эдуард в Николаеве // Эдуард Багрицкий. Альманах. — : Сов. писатель, 1936. — С. 256—265; Киянская О. И., Фельдман Д. М. Очерки истории русской советской журналистики 1920-х-1930-х годов: Портреты и скандалы. — : Форум, 2015. — С. 185—189..
В августе 1925 года Багрицкий по инициативе Валентина Катаева переехал в Москву, где стал членом литературной группы «Перевал», через год примкнул к конструктивистам.
Первое время Багрицкий с семьёй жил у еще одного своего одесского знакомого — Константина Паустовского — в 1-м Обыденском переулке (дом 12, не сохранился). Переехав в Кунцево, поэт сменил несколько адресов. В 1927 году в справочнике «Вся Москва» адрес Багрицкого указан так: «ст. Кунцево. М.-Б.-Б.-ж.д., Гражданский пр., 19». А в справочнике 1929 года — уже по-другому: «Кунцево, Пионерская, 17» (б. Монастырская) — сейчас улица Багрицкого. Хозяевами дома были Михаил Елисеевич Дыко и его жена Елизавета Лаврентьевна (девичья фамилия — Янковская). В 1927 году им было 45 лет и 41 год. Их дочери Вале — 10. Михаила, работавшего на станции Кунцево Белорусско-Балтийской железной дороги, Багрицкий сделал главным героем поэмы «Человек предместья». Отрицательным героем — выпивохой, мещанином, скопидомом. Не лучше выглядит в поэме и супруга Михаила («Вот ее мир — дрожжевой, густой, спит и сопит — молоком насытясь, жидкий навоз, над навозом ситец, пущенный в бабочку с запятой»). Хороший человек — только дочь хозяев («стриженая, в угластом пионерском галстуке»), ставшая впоследствии прообразом героини в поэме «Смерть пионерки». Дом, в котором жили Багрицкие и Дыко, не сохранился. Он находился примерно там, где сейчас стоит бюст поэта, только дальше от проезжей части.
В 1928 году у него вышел сборник стихов «Юго-запад». Второй сборник, «Победители», появился в 1932 году. В 1930 году вступил в РАПП.
С 1931 года жил в Москве в «Доме писательского кооператива» (Камергерский переулок, 2).
С начала 1930 года у Багрицкого обострилась бронхиальная астма — болезнь, которой он страдал с детства. Умер в Москве 16 февраля 1934 года от астматического воспаления лёгких. Мозг поэта был передан в Институт мозга (переулок Обуха, д. 5 (впоследствии Отдел исследований мозга Научного центра неврологии РАМН). Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище (участок 1, ряд 1); здесь же — могила жены и кенотаф сынаНоводевичий мемориал : Некрополь Новодевичьего кладбища / Авт. и сост. С. Е. Кипнис. — : Пропилеи, 1995. — ISBN 5-7354-0023-1. — С. 19. (Всеволод Багрицкий был похоронен недалеко от места гибели в Волховском котле).
Творчество
Романтические яркие стихи Багрицкого до сих пор звучат в песнях. Книги его переиздаются. Творчество поэта вызывало споры и в начале 21-го столетия.
В поэме Багрицкого «Дума про Опанаса» показано трагическое противоборство украинского деревенского парня Опанаса, который мечтает о тихой крестьянской жизни, и комиссара-еврея Иосифа Когана, отстаивающего истину мировой революции. В июле 1949 года, во время идеологических кампаний (по «борьбе с космополитизмом»), в украинской «Літературной газете» поэма была раскритикована за «буржуазно-националистические тенденции». «Тенденции», по мнению авторов редакционной статьи, проявились в «искажении исторической правды» и ошибочных обобщениях в изображении роли украинского народа, показанного исключительно в образе Опанаса, дезертира и бандита, неспособного бороться за своё светлое будущее. Статья украинской «Літературной газеты», в первую очередь, была направлена против литературных критиков В. Азадова, С. Голованивского, Л. Первомайского, а не умершего к тому времени Э. Багрицкого. Вольный перевод статьи был опубликован в «Литературной газете» от 30 июля 1949 года.
Блистательный мастер, одарённый редкой чувственной впечатлительностью, Багрицкий принял революцию, его романтическая поэзия воспевала строительство нового мира. При этом Багрицкий мучительно пытался понять для себя жестокость революционной идеологии и приход тоталитаризма. В написанном в 1929 году стихотворении «ТВС» явившийся больному и отчаявшемуся автору умерший Феликс Дзержинский говорит ему про наступающий век: «Но если он скажет: „Солги“ — солги. Но если он скажет: „Убей“ — убей». М. Кузмин писал об этом стихотворении как о чём-то «смутном и подспудном», что свидетельствует о завуалированном смысле этого стихотворения как протеста против складывающегося к тому времени сталинского карательного режимаБаренбойм П. Тиль Уленшпигель времён сталинизма // Время новостей. — 2009. — 16 февраля.. О своём поколении он совсем не «по-комсомольски» писал: «Мы ржавые листья на ржавых дубах».
Немало споров вызвала опубликованная после смерти поэта поэма Багрицкого «Февраль». Это своего рода исповедь еврейского юноши, участника революции. Антисемитски настроенные публицисты не раз писали, что герой «Февраля», насилующий проститутку — свою гимназическую любовь, совершает, в её лице, насилие над всей Россией в качестве мести за позор «бездомных предков». Но обычно приводимый вариант поэмы составляет лишь примерно её треть. Это поэма о еврее-гимназисте, ставшем мужчиной во время Первой мировой войны и революции. При этом «рыжеволосая» красавица, оказавшаяся проституткой, выглядит подозрительно не по-русски, и банда, которую арестовывает герой «Февраля», по крайней мере, на две трети состоит из евреев: «Сёмка Рабинович, Петька Камбала и Моня Бриллиантщик».
Свободолюбие Багрицкого ярче всего выразилось в писавшемся на протяжении всей жизни цикле стихотворений, посвящённых Тилю Уленшпигелю, так называемом «фламандском цикле». Его друг, писатель Исаак Бабель, писал о нём как о «фламандце», да ещё «плотояднейшем из фламандцев», а также, что в светлом будущем все будут «состоять из одесситов, умных, верных и весёлых, похожих на Багрицкого».
Творчество Багрицкого оказало влияние на целую плеяду поэтов. «Мне ужасно нравился в молодости Багрицкий», — признавался Иосиф Бродский, включивший его в список самых близких поэтовБродский И. А. Книга интервью. — : Захаров, 2008. — С. 360, 523.В литературе отмечаются переклички между «Балладой о Виттингтоне» и «Большой элегией Джону Донну».. В честь Багрицкого названа одна из московских улиц.
Наиболее известные произведения
1918, 1926 — «Птицелов» 1918, 1922, 1926 — «Тиль Уленшпигель» 1926 — «Дума про Опанаса» 1927 — «Контрабандисты». Положено на музыку Леонидом Утёсовым, Виктором Берковским и другими бардами. 1927 — «От чёрного хлеба и верной жены» (стихотворение) 1929 — «ТВС» 1932 — «Смерть пионерки» 1932 — «Последняя ночь»
Библиография
Издания Юго-запад — -: ЗИФ, 1928. — 3 000 экз. (2-е изд. — 1930). Победители. — -: ГИХЛ, 1932. — 6 000 экз. Последняя ночь. — : Федерация, 1932. — 5 000 экз.