Северя́не () — восточнославянское объединение, одни из носителей роменской археологической культуры.
Этимология Различные толкования названия север(яне) предлагаются уже около двух столетий. А. Шлёцер полагал, что данный этноним обозначал общность людей, живших к северу от Киева. М. Фасмер считал, что северяне были самым северным племенем восточнославянской прародины «до того, как восточные славяне распространились через Белоруссию до Новгорода». С. М. Соловьёв и И. Д. Беляев, опираясь на указание летописи, видели в северянах потомков кривичей. Ныне этой точки зрения придерживается С. П. Щавелёв, считающий, что северяне заселили Днепровское Левобережье, двигаясь с севера.
О. В. Сухобоков, основываясь на суждениях О. Н. Трубачёва о тождестве понятий «северный» и «левый» в славянском языке, усмотрел в этнониме север(яне) намёк на их местообитание в бассейнах левых притоков Днепра. В основе этой гипотезы лежит аналогия между «днепровскими» и «дунайскими» северянами: последние будто бы населяли левый (северный) берег Дуная. Источники свидетельствуют, что северяне () обитали южнее Дуная, однако О. Н. Трубачёв считал, что на левобережье проживало ещё одно племя с таким названием, указанное в «Баварском географе» как цериваны ().
В. В. Иванов и В. Н. Топоров предположили, что этноним север () был переводом аналогичного иранского названия, употребляемого по отношению к рассматриваемому племени ещё скифами или сарматами. В. В. Седов, развивая гипотезу Иванова и Топорова, также допускал иранское происхождение этнонима север (от корня *seu, *sew — «чёрный»). По мнению Седова, он зародился в антской среде, включавшей значительный иранский этнический элемент. В архаичной системе пространственной ориентации чёрный цвет ассоциируется с севером. Как считает Г. Атанасов, северяне были потомками антов, названными так из-за более тёмного цвета кожи и волос в сравнении с соседями.
Согласно построениям , придерживавшегося «иранской» гипотезы, изначальная форма этнонима северяне зафиксирована в «Руководстве по географии» II века как савар (). От племени, носившего это имя, оно передалось «дунайским» северянам, часть которых в VII веке мигрировала в Поднепровье. Мнение о миграции дунайцев на Левобережье Днепра разделяет А. Н. Поляков. С его точки зрения, название северян объясняется их проживанием севернее остальных балканских славян. Согласно В. П. Яйленко, названия дунайских и приднепровских северов не связаны между собой: последние переняли этноним у ассимилированного местного населения. По мнению Яйленко, ираноязычные жители Поднепровья называли северами венгров. З. Голомб возводил этноним север к незасвидетельствованному («член семьи»), тогда как В. П. Кобычев — к кельтским корням, трактуя его как «изгнанники», М. И. Артамонов — к одноимённой общности, составлявшей часть кутригуров, а — к названию тюркского племени савиров, обитавшего в Прикаспии.
От этнонима северяне произошло название Северской земли. Первые упоминания этого хоронима относятся к XIV веку. К числу городов Северской земли относили Новгород-Северский, Чернигов, Брянск, Гомель, Стародуб, Трубчевск, Путивль, Рыльск, Курск и др. Термин северские города () известен ещё из летописного сообщения, помещённого под 1183 годом. В XV—XVII веках потомков летописных северян, населявших этот регион, именовали севрюками.
География Северяне населяли бассейны Десны, Сулы, Псла и Ворсклы, а также верховья Северского Донца. В полосе вдоль левого берега Днепра их поселений не выявлено. Согласно летописи, северяне обитали в лесах (), что подтверждается данными археологии. Западными соседями северян были поляне и дреговичи, северными — радимичи и вятичи. Выделяются области расселения так называемых западных («лесных») и восточных («лесостепных») северян. Северянское объединение складывалось из «малых племён», одним из которых, вероятно, были семцы (семичи) — жители Посемья.
История В историографии накопилось множество взаимоисключающих точек зрения на историю северян. Варианты интерпретации данных о северянах, полученных из письменных и вещественных источников, довольно противоречивы. Важнейшими письменными источниками, содержащими сведения о северянах, являются трактат «Об управлении империей» Константина Багрянородного и документы переписки хазарского правителя Иосифа. Ключевую роль в построениях исследователей играет и «Повесть временных лет», как источник обладающая рядом недостатков. Помимо этого, накоплен значительный массив археологических данных. Осознанное изучение северянских древностей последовало за выделением волынцевской и роменской археологических культур.
Археологи увязывают этногенез северян с формированием роменской культуры. Носителями последней, помимо северян, признаются также радимичи и вятичи. Ранний этап развития роменской культуры представлен памятниками волынцевского типа; часть исследователей постулирует существование самобытной волынцевской культуры, предшественницы роменской. Волынцевские памятники, расположенные на Левобережье Днепра, приписывают северянам, на Правобережье — полянам. В. В. Седов считал, что памятники волынцевского типа оставлены русами, соотнося зону их распространения с Русским каганатом.
Появление памятников волынцевского типа связывают с миграцией на Левобережье Днепра выходцев с правого берега (склавинов византийских источников), оставивших памятники типа Сахновки. Ранние волынцевские памятники содержат компоненты предшествующих пеньковской и колочинской культур. На волынцевских памятниках встречается характерная гончарная посуда, не имеющая местных прототипов — горшки волынцевского типа. Большинство специалистов соотносит изготовление подобной керамики с традициями носителей салтовской культуры (алан или болгар). Некоторые исследователи сопоставляют её с посудой культур Поволжья и Приуралья (например, именьковской), Нижнего Подунавья, с пастырской или провинциально-византийской керамикой. В материалах ряда памятников Днепровского Левобережья присутствует лепная посуда сахновско-волынцевской традиции, но не встречается круговая керамика волынцевского типа. Одни учёные считают такие памятники сахновскими, другие — ранневолынцевскими.
Существование общности северян прослеживается с VIII века. К настоящему времени сформулировано четыре основных версии происхождения данного этноса: автохтонная, западнославянско-висленская, иранская и болгаро-дунайская. С точки зрения В. Д. Барана, северянское объединение сложилось в результате перемешивания антов и склавинов на Левобережье Днепра. По мнению А. В. Комара, предками северян, радимичей, дреговичей и части кривичей были носители колочинской культуры. Судя по материалам ингумационных захоронений X—XII веков, представители указанных этносов имели общий антропологический тип. Ю. В. Долженко подтверждает эти данные в отношении мужских останков, тогда как серия черепов северянок разделяется им на три краниологических варианта, один из которых схож с выборкой из захоронений X—XI веков в Бранешты.
А. В. Григорьев счёл, что близость отдельных черт материальной культуры ранних северян (глинобитных печей и украшений) памятникам Нижнего Подунавья VII—VIII веков свидетельствует о миграции на Левобережье Днепра племени северов. Сходные предположения высказывались Д. А. Мачинским и О. Н. Трубачёвым. Согласно Е. Коматаровой-Балиновой, погребальный обряд северов и северян имеет общие черты. По мнению А. С. Щавелёва, переселение северов длилось с 60-х годов VIII века по начало IX. отождествил мигрантов со склавинами, отнеся их переселение ко второй половине VII — началу VIII века. Появление в Поднепровье славян, пришедших из Подунавья, признавалось В. В. Седовым. В то же время он связывал формирование волынцевской культуры с притоком населения из именьковского ареала Среднего Поволжья. Гипотеза В. В. Седова подверглась критике со стороны В. Д. Барана и О. В. Сухобокова, однако её поддержал . А. В. Комар полагает, что А. В. Григорьев и В. В. Седов проигнорировали различия в материальной культуре Поднепровья, Подунавья и Поволжья, исчисляемые десятками важных признаков.
Греческие и западноевропейские источники ничего не сообщают об оттоке славян на север из Подунавья в VI—IX веках. С точки зрения И. И. Еремеева, археологические находки свидетельствуют скорее о миграции в Поднепровье групп ремесленников с семьями, нежели о массовых «волнах дунайской колонизации». О. В. Сухобоков, не соглашавшийся с «дунайской» гипотезой А. В. Григорьева, позже признал возможность «микромиграции» северов в Поднепровье, отразившейся в материалах Пастырского городища и волынцевских памятников. Впрочем, по мнению Сухобокова, мигранты выступили лишь передатчиками «инокультурного импульса», наложившегося на местную основу. М. В. Любичев констатирует наличие «неславянских элементов» в материалах волынцевского горизонта. Г. Атанасов допускает, что в формировании волынцевской культуры могли принять участие анты и унногундуры, мигрировавшие на север при распаде Великой Болгарии. Е. А. Шинаков видит в её носителях алано-болгар, игравших роль «военных поселенцев» на подвластных хазарам славянских землях.
Подчинение северян Хазарскому каганату учёные относят к 30-м годам VIII века. Хронологическим маркером этого события служит сокрытие Харьевского и схожих с ним кладов. М. М. Казанский считает, что славянское население Днепровского Левобережья оказалось под властью хазар уже в начале VIII века, А. В. Комар датирует это событие второй четвертью, а А. А. Тортика — серединой VIII века. Вероятно, функцию административного центра объединения северян под протекторатом каганата в середине VIII — начале IX века исполняло Битицкое городище. Не позднее первой четверти IX века (вероятно, около 813—815 годов) поселения всего волынцевского ареала были уничтожены в ходе внешней агрессии. Яркая картина разгрома прослежена на Битицком городище и Старокиевской горе, на поселениях близ Андрияшевки, Столпяг, Шестовицы, Гочева, Обухова, Бучака, Волынцева и других. Выдвигаются различные гипотезы о причинах этих событий: «гражданская война», вызванная принятием иудаизма хазарским беком; восстание местного населения, изгнавшего «иноплеменную верхушку»; нападение мадьяр или руси. Проникновение руси в IX веке на территории, подчинённые Хазарскому каганату, археологическими данными не подтверждается.
Во второй четверти IX века уцелевшее волынцевское население укрылось в районах, примыкающих к границам Хазарии. Ключевым памятником этого периода является на Ворскле, на котором имеются следы пожара и бегства жителей. Военные действия, приведшие к гибели Опошнянского городища и сокрытию Ивахниковского клада, датированы 30-ми — 40-ми годами IX века и связаны с появлением на южной границе лесостепи кочевых мадьяр. Во второй трети IX века в прежнем волынцевском ареале сложилась роменская культура, ранний этап которой ярче всего демонстрируют материалы Новотроицкого городища. Этот период характеризуется появлением венгерских импортов, а также новой волной византийского влияния. Конец IX века ознаменовался резким ростом количества поселений северян, усеявших берега Десны, Сейма, Сулы, Псла, Ворсклы, Уды и Северского Донца.
В составе Руси